13.05. Нашему форуму исполнился год Поздравляем!
13.05. Открыта еще одна способность кода крови для наших участников.
15.05.Состоялась радио-трансляция Радиоэфир на Вейне, материалы по которой можно получить чуть позже. АМС была бы благодарна, если бы вы поделились впечатлением и указали, проводить нам еще подобные эфиры или нет.
Рейтинг игры 18+
Система игры локацинно-эпизодическая
Тип мастеринга активный
Демиург-Гм
связь: дискорд Kiros56488123#2921
Техник-Страж
связь: дискорд Mоrgеnstern#7140
ГМ
связь: дискорд XAC#6343

CodeVein - Наследие Королевы

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » CodeVein - Наследие Королевы » Верхняя часть города » [25.04.75] New Revenant


[25.04.75] New Revenant

Сообщений 1 страница 17 из 17

1


New Revenant


Whisper Whitley & Zacharias Silva
Лабораторный комплекс изучения БОР-паразита, 17:00

https://sun9-48.userapi.com/qVj0-2e-5lX3LhMnHfsphtoeYaUnC9iwLdeLUg/7I99CdI-9rg.jpg

Описание вашего эпизода.

Прошло три дня с того момент, как Сильва дал приказ проверить совместимость всех бессмертных Штаба с реликвиями Королевы, используя данные предыдущих исследований. Сейчас он пришел проверить, как дела. И узнать на счет совместимости самой Уитли с реликвией Крови Королевы.

Итог

Разговор предстоял откровенный и местами не очень приятный. Генерал объяснил, через что придется пройти Уитли, ведь пришли результаты ее теста совместимости с реликвией Кровь Королевы, которую сейчас хранил в себе Мидо. Она оказалась очень высокой - 74 процента. Но не только тяжелое обращение ее ждало впереди, но и нелегкая доля хранителя Реликвии. Такое решение не принимается сгоряча. Но в конце концов девушка успокоилась, и теперь твердо намерена взять на себя это нелёгкое бремя.

+1

2

Три дня.
Три бессонных долгих дня.
Она провела через себя около тридцати процентов бессмертных из Штаба. Каждый из них принадлежал ко второму или первому поколению. Третье не подходило потому, что неизвестна их психологическая реакция. Второе же, и первое поколения хотя бы имеют реальный опыт массовых битв с потерянными, а некоторые из них сражались с Королевой лично. Правда, многие тут же встречали смерть от Шипов Правосудия, но бывали и те, кто способен был и вступать с ней в короткую битву один-на-один, но те неизменно заканчивали трупами. Но, это уже лучше, чем ничего.

И, многие из тех, кто был проверен, показывали совместимость на уровне от двадцати, до тридцати пяти процентов. Из, около шести сотен проверенных, лишь семеро продемонстрировали совместимость выше пятидесяти процентов, и лишь двое обошли необходимый порог в пятьдесят девять процентов. Один имел совместимость в шестьдесят пять процентов, второй - в шестьдесят три. Впрочем, особых способностей, как бессмертные, они не имели. Также, под сомнением стоит их прошлое, их множество раз развеивали, и было неизвестно, выдержит ли БОР-Паразит внедрение Реликвии, и не создаст ли очередного Великого Потерянного. А так рисковать ими не стоит. Впрочем, и про Уитли нельзя было сказать, что она психологически стабильна. Уже к концу третьего дня, она передала в отдел свою спинно-мозговую жидкость и кровь, и, на следующий день, напряженно ожидала результатов. Вместе с ней, на добровольной основе, сдавали все необходимые жидкости и некоторые люди-деятели в правительстве, и совсем небольшое число других бессмертных. Из добровольцев больше всего было Бессмертных Третьего Поколения.

Да, все ее исследования проходили под словами про "Исследования совместимости БОР-Паразита и подавлении Жажды Бессмертных". Этой байки хватало на всех, а тех, кто знал больше, чем другие, можно было легко заткнуть с помощью репрессивной машины правительства, или же простого визита пары людей в форме, которые имеют доступ к знаниям, и вербуют человека под его соглашение о неразглашении. И во главе всего этого стоит она. За прошедшие три дня она вполне успокоилась. Ее маска безумного ученого - лишь прикрытие обычной девушки, у которой, из-за Великого Падения, была разрушена судьба. Она таила обиду не на людей, не на бессмертных, но на виновников того, что они отныне заперты на этом умирающем клочке земли, а остатки тех, кто защищает немногих живущих тут людей, и невинных, что никогда не хотели быть бессмертными, питаются кровью кого-то, им подобного.

Сейчас, ее восковое лицо растаяло под светом свечи правды, и реальности показалась ее настоящая натура. Под желанием быть той, кто понесет бремя Реликвии ради научного интереса, она хотела лишь обезопасить остальных бессмертных и людей от тяжкой доли.

Ее руки были в карманах ее халата. Вскоре, к ней придет Захариас. Результаты своих проверок она приказала передать сразу ему. В суде над ней, выносить вердикт будет он. Быть ей носителем Реликвии, или нет.

Она садится за свой рабочий стол. В ее руках - папка с статистикой. В этой папке - пятьдесят статей. Из них пятнадцать - от добровольцев. Это все документы на сегодня. По правую руку от нее - оставшиеся досье, а вскоре, к ней придет и отчет о общей статистике. Вместе с ее личным досье.

...

Как же сейчас хотелось выпить чего-то крепкого.

- Что же, пора приняться за дело серьезно. - Она произносит эти слова вслух, не осознавая, что рядом с ней уже кто-то есть. В ее голосе нету привычных маниакальных ноток. Есть лишь грустная констатация реальности. Возможно, она больше никогда не увидит тех, к кому там привыкла. Ни ее ассистентов, ни других ученых, ни бессмертных, ни людей...

Лишь одиночество. Заточение.
И медленная дорога к истинному безумию.

По одной ее щеке скатилась одинокая слеза.
Вот, что испытывают Хранители. Настоящие герои, не проливающие кровь, и жертвующие не телами, но разумами. И никто им уже не поможет. Никто не придет, чтобы поддержать и похвалить. Они посвятили свои жизни ради того, чтобы вступить на адскую дорожку, которая была для них вымощена благим намерением не дать Королеве возродиться...

Ради этого и стоит продолжать свою работу над БОР-Паразитом, сколько она может. Вскоре, отдел вернется к своей привычной жизни. Его снова возглавит Лукас...

А отделение по исследованию БОР-Паразита перейдет кому-нибудь из ее ассистентов. Они все - хорошие люди, и, наверняка смогут не передраться за этот пост...

+1

3

Сильва уже отвыкал работать с людьми. Это он понял уже по тому, что стал обращать внимание на запах. На совещании он сказал про ее запах. Но это вырвалось как-то даже само, потому что для Зака это была очевидная данность. Это все равно, что назвать красное красным. И это-то и начинало настораживать. Генерал не стал морочить этим голову и делать какие-то далеко идущие выводы из этой ситуации, просто взял себе на заметку. С людьми он уже почти отвык работать, и теперь их запах становился для него вкусным. Ему не повезло. Он проснулся и сразу же сорвался, попробовал вкус человеческой крови. Ему не нужно было пробовать чужую кровь на вкус, чтобы понять, насколько она ему понравится. От мисс Уитли пахло едой. Девушки всегда пахли вкусно и интересно, особенно в первые дни своего цикла...
"Похоже, так Кошмары нас и находили". Для этого не обязательно было иметь собачье обоняние. Когда на плите шкварчит твое любимое блюдо, ты чувствуешь его запах еще только на подходе к дому. Тч, издержки первого поколения.
Три дня было достаточно, чтобы передумать. Сильва не хотел ловить девочку на ее собственных же порывах. Это подло и бесчестно. Она не понимала, скорее всего, всего масштаба ноши и пребывала в шоковом состоянии, готовая на самые отчаянные и абсурдные поступки. Но это неверно. 
- Добрый вечер, мисс Уитли, - Сильва был воспитан, поэтому предварительно постучал в дверь ее кабинета, прежде чем войти. Голос генерала звучит спокойно и ровно. Паниковал ли он? Нет. Беспокоился - да, но не паниковал. То ли атрофировалось у него это чувство, то ли он реально был уверен в том, что бессмертные справятся со своей задачей. В любом случае это должно быть так. Руководитель должен внушать своим подчиненным, что все будет хорошо. И он первый, кто выложится на все 200 процентов. Иначе для чего он вообще нужен? - Как Вы себя чувствуете?
Рядовые вопросы, чтобы не сразу переходить к делу. К делу, которое он получил и изучил. Предварительные тесты показали, что да, Уиспер совместима и подходит для этого проекта.
- Я просил проверить совместимость наших бессмертных с реликвиями Королевы. Как наши успехи? - он не привык читать отчеты, когда мог непосредственно спросить напрямую. Уже старая привычка. Сильва усмехнулся. Когда он получал от Вуда отчеты в "нечитаемом" виде, то требовал его в качестве переводчика с языка, полного специальных терминов и странных формул, на язык чайников. - Жаль, что Бор-паразит не дает некоторым прирост к мозгам. Мне очень не хватает. А то сила есть..
Он протянул ей шоколадный батончик. Когда человек ест, это успокаивает нервную систему. А сладкое питает мозг и в целом никак не могло повредить. Не настолько у них и много этого сладкого, чтобы испортить зубы кариесом. Он не хотел, чтобы она нервничала в его присутствии и тревожилась. Хотя сам по себе Зак не производил впечатление плюшевого мишки, но ему не хотелось, чтобы его боялись.
А вот теперь можно было переходить к делу.
- Вы что, плакали? - от его взгляда не ускользнули эти слипшиеся ресницы и чуть-чуть раскрасневшиеся веки. Если она спишет это все на усталость, он ей не поверит. Он не стал садиться, продолжив стоять. Нет, все-таки не умел он располагать к себе людей. Не тот типаж. - Я хочу чаю. У вас можно налить чай или кофе? Так давно не пил кофе, такое чувство, будто уже сто лет прошло с последнего раза. И знаете... Никогда не пробовал зернового. 
Нет, пожалуй, что к делу он не перейдет. В ней чувствовался надрыв. Поэтому он переведет тему на банальное и бытовое. - Если бы знал, что все сожрут, я бы точно попробовал настоящий кофе, сваренного в турке на огне. А не этот растворимый.  Просто покажите мне, где что лежит. Я сам сделаю.

+1

4

- Добрый вечер, Генерал Майор. - Она встала со своего места, и, попутно, вытирала набухшие глаза. Как она себя чувствует?
Ей страшно. Ей ужасно страшно. Конечно, она всегда была эдаким волком-одиночкой, но, быть совсем без людей - это ее пугает. Возможно, она сможет принять в себя Реликвию, но, что ей это даст в конце концов? Поможет ли мысль о чем-то светлом и высоком помочь ей пережить одиночество? Помогали ли эти мысли другим хранителям?
Она не знает. А она боится незнания. Каждый ученый, подсознательно, ненавидит чувство того, что он чего-то не знает, или не понимает. Человеческие чувства ей не чужды. Но вот полное отсутствие людей вокруг, и постоянный риск...
Однажды с ней такое случалось. Первый, и единственный выход в Вейн, когда трое из пяти сопровождающих стали потерянными из-за нее. Она сейчас не имеет права на провал...

- Немного напугана будущими перспективами. - Констатирует она. Конечно, немного напугана - это сказано мягче пуха для подушек, но все же. Она хотя бы в этом признается. У нее на языке вертится один вопрос, который так и хочется задать Заку, и, наконец, перебороть хотя бы часть своих сомнений.

-Из шестисот сорока четырех бессмертных, плюс четыре обычных человека, лишь семеро имеют совместимость выше пятидесяти процентов, и лишь два бессмертных превышают минимальный порог в пятьдесят девять. Но, их слишком часто развеивали во время Операции "Королева", и, к тому же, за ними было множество раз замечен отказ следовать приказам. В среднем, статистика показывает среднюю совместимость по Штабу в тридцать процентов, среди четырех проверенных людей, у нас выходит по процентам - восемь, двадцать два, двенадцать и сорок. И, чтобы быть точнее, могу ли я узнать информацию о себе? - После этих слов, к ней подходит юноша в таком же халате, как и она, и передает ей документ. Там все замеры были в форме таблицы, с указанием имен, поколения и процента совместимости.

- Если вы мне не доверяете, можете проверить документ лично. - Она ставит его на стол, и, сама лишь прикладывает ладонь ко лбу.
Нет, ее волнения вызваны не лихорадкой.
Ее рука отстает от лба настолько же быстро, насколько она к нему и приближалась.

И, батончик был как раз кстати. Сладкое всегда сбивало ей напряженность. Может быть, это один из тех случаев проявления чудес воздействия какао и сахара на активность в ее мозгу.
Батончик довольно быстро лишился четверти своей массы, вместе с тем, как Уитли отгрызла от него кусок, и принялась жевать. Карамель и нуга - как она любит...
- Я? Что Вы, Генерал... - По ее щекам все еще предательски катились слезы. Врать она никогда особо не умела. Скрывать намерения и недосказывать - да, врать - нет.

- Простите, Майор, но, зернового кофе хватит только на то, чтобы наполнить кофейник на поллитра. Но, если вы хотите... - Она тоже пытается сменить тему. Ей не хочется говорить о том, что ее тревожит...
Поэтому...
Она передает Заку то, что узнала о самой себе.

- Знаете, я вспомнила, что мне говорили во время того похода. "Если мы не вернемся оттуда прежними, то, хоть Вы, Доктор, проживете подольше, и поможете остальным справиться с Потерянными"... Забавно, не правда ли? Вспоминаю нечто настолько важное прямо в те минуты, когда я собираюсь узнать, вернусь ли я прежней, или нет...  - Она взяла короткую паузу...
- Когда я буду обращена, в первую очередь спросите меня об этом. И, если я не вспомню, то напомните мне. Не хочу это снова забывать. - Говорит она, вытирая глаза.
В глазах жгло...

+1

5

"Так мало", - выдыхает Сильва. Но совместимость действительно очень сложный и непростой вопрос. Он выслушивает ее отчет и берет папку. Не потому, что он не верит, его работа такая - проверять. И пока то, что она сказала, не слишком расходилось с его представлениями о "среднем по больнице" в вопросах совместимости. Поэтому отчет быстро вернулся обратно на стол.
- У вас действительно очень необычная кровь. - Усмехнулся беззлобно Зак. Он бы мог рассказать это долго, нудно и обстоятельно про проценты совместимости и другие показатели, но стоило ли?  Она и так все поймет. Слезы... Ей страшно. И это нормально и естественно в ее положении. Нельзя было упрекнуть за это. И уж тем более нельзя давить и требовать показной решительности. Пусть лучше проплачется сейчас. И потом слез и страха не останется, когда придет время.
Он просто берет и молча прижимает ее к себе. И плевать, как это могло выглядеть со стороны. "Жалейте. Утешайте. Ругать человека есть кому. Порой он и сам с этим прекрасно справляется. А вы жалейте". Сильва уж и не помнил, где нашел это выражение. Но помнил только то, что оно нашло отклик в его душе. Он гладит ее по рыжей макушке. Вторая рука ощутима легла ей на плечо.
- Даже если ты станешь бессмертной, если будет иной способ, где не придется делать тебя хранителем, мы за него ухватимся.
Он посмотрел ей в глаза и улыбнулся. Мотивация в стиле "сдохните на благо Родины, Родина этого вам не забудет" работала далеко не со всеми. И уж тем не с молоденькой девушкой, которая не хотела себе такой судьбы. Хотя многие женщины на войне не в пример мужчинам показывали настоящую доблесть и самоотверженность. Нет никого страшнее женщины, которая защищает своих детей и мужа, свой дом. Она будет биться до последнего вздоха за тех, кого любит как тигрица. А вся эта наносная пафосная бравада работала только до момента, как затрясутся поджилки. После чего солдат бросает свое оружие и бежит в ужасе, плевав на то, как он будет выглядеть в глазах своих соратников и той самой пресловутой Родины. Можно конечно сказать, что дезертирство он будет пристрелен на месте, но человек мотивированный страхом - не боец. Возможно он возьмет свое оружие, но страх уже сделал свое дело и обезоружил его. - Забудь, что тебе наговорили на собрании.
Последнее слово всегда оставалось за Сильвой, неважно, кто и что там говорил. Тем более, что сам Зак по большей части не запоминал, кто и что там обронил. Все помнить - башка лопнет. Люди всегда говорят что-то, в том числе и неприятные вещи. Говорят даже тогда, когда вовсе не имеют цели оскорбить или задеть. Главное - это дать человеку ту мотивацию, которая действительно найдет в нем отклик.
- Хорошо. Но думаю, что ты и сама этого не забудешь, - поясняет спокойно он, давая возможность ей самой решить, хочет она выбраться из его объятий или нет. - Обычно при пробуждении хочется крови и... Того, что ты обычно любил есть. Поэтому при пробуждении тебя будет ждать тортик. Относись к это скорее как к своему дню рождения. И... Не думай о том, что будет дальше. Ахахаха.
Зак почесал затылок. Не думать - это больше по его профилю.
- Самое верное решение всегда приходит само. - Просто поясняет он. Конечно, ты можешь изломать всю голову днями напролет на тему, как сделать, как лучше поступить. Крутить вертеть систему, даже выбрать наилучший, как тебе кажется, вариант. Но когда наступает момент, все становится на свои места. И делается так, как и должно быть, вариант остается один единственный. Несомненный. Лишняя рефлексия не приносила пользы. Наоборот - растрачивала многие моральные силы, которые потребуются, чтобы собраться на финальном рывке. - Это все равно, что плавать на спине. Можно долго безуспешно барахтаться, выбиться из сил и тонуть, а можно расслабиться и почувствовать, как она сама тебя держит и дает возможность отдохнуть и восстановиться.
Нужно просто довериться. В том числе и тому, что он говорит. Это сложно объяснить и доказать.
- Так, ладно. Все равно я не очень жаловал кофе. Пойду заварю чай, - Сильва поставил разогреваться чайник и обшарил ящики на наличие кружек. Пока он возился с чаем, он отвернулся и дал ей возможность привести себя в порядок, не нависая над душой.  - У нас есть что к чаю?

+1

6

- Неужели у меня выделяется совместимость? Можно мне узнать точные числа, хотя бы узнаю, в лучшую сторону, или худшую выделяюсь. - Дальнейшие действия Сильвы были несколько неожиданны. Но, неожиданны - не значит неприятны. Наоборот. Ей не хватало такого общества в последнее время. Ей не с кем разделить свои сомнения, ведь у нее один из самых уровней доступа к информации, и, она, наверное, учитывая ее занятость, была одним из самых просвещенных людей в правительстве. Если бы она не была на службе, то, наверное, за ней бы объявили охоту похлеще, чем на некоторых бессмертных-преступников, призывающих к свержению Временного Правительства, и созданию чего-то своего, хоть анархо-коммуны. Она же, имеет право говорить о этих делах лишь с несколькими людьми, и, в эти пару человек не входит ни один из ее ассистентов. Они лишь писали процент неизвестной для них реакции, которую вычисляла или сама Уитли, или давала всю необходимую информацию для сбора данных, и с вечным наказом:
Не пытаться узнать, что скрывается за этими процентами. На вопрос, почему нельзя об этом знать, она отвечает, что когда-то расскажет им. Но не сейчас.
Врала ли она тогда?
Или недосказывала?

Объятия Сильвы лишь пробуждали в ней эти воспоминания. Нет, она на него не злилась. Скорее, была недовольна сама собой, и своим положением. В ее положении, наверное, многие могил бы поступить лучше, но, она слишком боится за тех, кто с ней работает в отделе. Десятки лиц, вечно уставших, но счастливых просто от того факта, что они помогают Человечеству восстать из пепла забвения, в который их загнало много лет назад, казалось, Великое Падение.

- По-другому не выйдет, Захариас. Я это знаю. Мы не можем тянуть с Реликвией. Только после того, как ситуация устаканиться, мы сможем всё прорабатывать. Сейчас же, мы не можем медлить. И... Когда это мы на "Ты" перешли? - Она мягко отходит от Зака. Все же, он оказался слишком близко, и, к тому моменту, как он начал говорить, Уитли вытирала глаза. Ей нужно успокоиться. На ней висит сложное задание, успех которого зависит отныне не только от талантов бессмертных, но и от воли случая. Тут уж, никто не скажет, жахнет ли неудача, или отойдет на потом...

- Я не могу не думать о том, что будет дальше. Потенциально, я могу ускорить свое обращение, эту методику мы разработали уже после того, как был наложен запрет на выведение новых бессмертных. Из уже мертвого тела надо будет выпустить половину крови, это простимулирует БОР-Паразита на ускорение обращения. После того, как пойдет реакция, кровь вводится обратно, тем самым, предотвращая обращение в потерянного, и стабилизируя состояние бессмертного. В целом, это сокращает срок... назовем это вызреванием, приблизительно, на четыре-пять дней. - Она предпочтет промолчать про то, что исследования проводились тайно, и что процедура экспериментальная - выводы были сделаны по исследованиям БОР-Паразита, и не обязаны были быть точными.

- А вот от тортика на свой день рождения я бы не отказалась. - Она вновь усмехается, и достает из задвижки своего стола коробку, внутри которой покоилась пара печений, и пирожное. Ее жалования хватило на то, чтобы закупиться в столовой. Эти сладости были жуть какими редкими, так как провизии для их приготовления постоянно не хватало. Результат - все ее жалование ушло на то, чтобы закупиться сладостями на три дня.

Как же забавно.
- Да, вот мои запасы. Так-то, в лаборатории все приносят свою еду, а обедают где угодно, только не на рабочем месте. Некоторые даже тут ночуют, но есть - едят только в столовой.

Она берет короткую паузу, и поворачивается к Сильве.

- Захариас... Зак... А умирать страшно?

+1

7

- Ты подходишь для самой редкой реликвии, - говорит Зак. - А вот расстроит тебя это или обрадует - это зависит от тебя. Меня бы обрадовало, окажись я совместимым.
Только вот люди не всегда получают того, чего хотят. Каждый полезен на своем месте. Сильва уже смирился с этим отказом. И все же не смирился с тем, что вместо себя ему приходится назначать на эту роль других. Но сейчас не хотелось о грустном.
- А что, нужно это было официально запротоколировать? - он рассмеялся в кулак с ее вопроса, а после молча выслушивал то, что она скажет. Когда чайник закипел, он положил листья в заварник и ошпарил их кипятком, ожидая, когда заварится, прежде чем разлить по чашкам. От ее предложения он помрачнел и нахмурился. Но так как стоял к ней спиной, то по нему это не было видно. Разве наверное, что атмосфера стала более гнетущей. Она задает правильные, очень правильные и уместные вопросы, на которые не получится отшутится. Она ждет от него правды, и он понимал это чувство. Лишь вздохнул и разлил чай по чашкам и спросил: "Тебе разбавлять или любишь горячее?"
Он садится рядом с ней и берет одну печенюшку. Он не станет ее объедать, ему просто хотелось поговорить обо всем.
- Приятного аппетита.
Кивает он и отпивает чай. Но так как полутона Сильва не любил, он почти сразу осушил чайный напиток как и алкоголь одним махом. Ведь чай он тоже очень, очень давно не пил. Это нужнее людям, а не ему. От всего, чего можно было отказаться в пользу людей, он отказался. А алкоголь людям не полезен. Загрыз печенюшку и пошел еще себе подлить чаю.
- Отвечая на твой вопрос: очень. - Говорит он честно и невесело. Кто бы что не говорил, умирать всегда страшно. - Даже бессмертным страшно, проходя это каждый раз. Нам просто стыдно в этом признаваться. Особенно зная, как это выглядит в глазах людей, которые умирают раз и навсегда. Но нам тоже страшно. Ну и со временем немного притупляется, но боль - это не то, к чему можно привыкнуть.
Тот, кто говорит, что не боится смерти - или дурак, или сумасшедший. Даже в Библии говорилось, как страшно было сыну Божьему. Он знал о том, что будет, что он пройдет и вернется. Но ему было страшно, страшная тоска охватила его. И потому заниматься пафосной бравадой генерал не видел смысла. Ничто живое не хочет проходить через боль и смерть. Он говорит это подробно, но не пускаясь в детали описании боли и чувств, потому что понимал, что она хочет все знать. Люди науки - им проще и спокойнее, когда они знают, чего ожидать от мира. Если так ей будет спокойнее - да будет так.
- Поэтому, если ты не против, я буду присутствовать рядом. - Он проводить ее здесь и встретит ее там. - А вот на счет твоего предложения, я тебе сразу скажу "нет". Никаких "новейших" методов. Тебя обратят как нас.
Сильва вспомнил какого это было. Старая технология. Их привязывали к стулу или кровати. Потому что наступала ужасная агония, заставлявшаяся биться всем телом в тщетной попытке избавить себя от боли.  По себе Сильва знал, что лучше делать это сидя. Потому что лежа... Организм хочет расслабиться. Но во время боли хочется наоборот согнуться пополам, но в лежачем состоянии так сделать уже не получится. Сидеть проще. По крайней мере ему было проще. А потом наступает такая усталость, что проваливаешься в темноту, которая утаскивает неумолимо и неотвратимо. А ты уже к тому моменту настолько измотан от боли, что не остается ничего кроме тупого сожаления, что происходящее нельзя изменить. И робкой надежды, что поскорее бы уже все закончилось. И он не растворится в этой темноте. - Не знаю, как у третьих, а у меня от жажды в глотке горело так, будто я угли проглотил. Но уверен, ты быстро научишься жить с этим чувством.

+1

8

-Я рада этому, Зак. Я боюсь этого до чертиков, но я рада тому, что смогу помочь кому-то избежать тех же мучений, что пришлись бы на Хранителя. Ведь, тогда, этот один человек, или бессмертный, сможет в светлом неведении бороздить этот город, и не подозревая о том, что в самых его глубинах, кто-то борется со своим безумием, и все - ради них. Чтобы они могли жить. Чтобы не были напрасными все те, кто стал потерянными после "Убийцы Королевы". - После этих слов, она присела за свой стол. У нее появилась резкая пульсирующая боль над веком, чуть левее и ниже ее правой брови. Несколько волн, и боль ее отпустила. Неужели так чувствуются последствия того, что она просто поплакала?
...
Черт, она же расплакалась перед Захариасом...
От этого становилось стыдно. Это же явный репутационный удар, да и, наверное, неприлично вот так брать, и выплескивать все свои эмоции перед кем-то...

Но, разве не плохо и держать в себе всё это, в попытке скрыться за маской эгоизма и легкого сдвига по фазе, когда на самом деле, ей страшно представлять каждый раз перед сном, кто из ее знакомых не вернется?..
О ком не вспомнит никто, кроме нее?

Одна из ассистентов, во время разговоров с ней, поведала, что потеряла свою семью после Падения, а жизнь закончила повесившись. Она нашла себе спасение в службе, так как там она могла полностью отдаваться всему самому тёмному в своей душе, и нести людям пользу. Она использовала все самое худшее в себе, чтобы сделать лучше кому-то другому.
А после конца Кампании Грегорио, она работала с ней в лаборатории. Уитли была единственной, кто находил в себе смелость и безрассудство с ней разговаривать, и, в конце концов, у нее появился новый друг.
Потому, что Уитли знает ее трагедию, в то время как ее подруга и ведать не ведает, что будет ждать ее в ближайшие пару дней, недель или месяцев.

Было ясно лишь одно - будет конфронтация с Мидо.

- Нам нужна будет статистика, Зак. Я в нее тоже вхожу. Поэтому, пожалуйста, назови мой процент. Мне самой интересно. - Да. Ей интересно. Интересно, насколько ее тело приуменьшит будущие ее муки, и примерно сколько она сможет оставаться в сознании...

Конечно, ей хотелось думать, что, став Хранителем, она сможет одна продолжать исследования. Одна она этого не сможет...

- Значит, всем страшно... Я могла бы сказать, что мне интересно, и это так... Но, я сейчас сама боюсь будущего. И не могу говорить "Нет". Второго такого шанса не будет... - Она выдыхает, пока берет одно пирожное, и быстро закидывая его в рот, вместе с тем, как его прожежывая, раскрывая его вкус у себя на языке...
Какая на вкус кровь?
Нет, конечно, вопрос такого толку при бессмертном задавать, это все равно что изморенного голодом спрашивать мнение о лучших деликатесах мира - это цинично и подло.

- Если бы я могла, то хотела бы быть со всем отделом. Но, раз с тобой, то пусть с тобой. Хоть кто-то знакомый меня встретит. - После этого, она серьезно добавляет - Если я начну задерживать планы, отходите без меня. Главное для меня будет знать, куда вы направились. - После этих своих слов, она устремляет свой взгляд на гигантский прозрачный цилиндр, где покоились сотни, если не тысячи, БОР-Паразитов. Они хранились в растворе, имитирующем человеческую кровь, и, засчет этого, могли продолжать жить.
Вскоре, одного из них пересадят и ей...
И пропустят ее..
Душу?
Через мясорубку...

- Хочу чего покрепче...  - Говорит она, вспоминая о вопросе, который оставила без ответа.
- И я сейчас не про чай...

+1

9

По выражению лица Зака стало понятно, что он рад это слышать, он принял ее слова. Она не только поняла, но и озвучила по сути его собственные мысли. Фраза "Родина вам этого не забудет" была полностью неуместна в разрезе их ситуации. Этот молчаливый подвид в одиночестве, о котором практически никто не узнает. Даже хранители не знают, кто есть кто. Они только знают, что есть такие же как они, обреченные нести этот долг ради всех остальных. Потому что если не они - то никто. Вот теперь он видел, что она готова стать хранителем. Это уже не безрассудство и горящие от шока и возбуждения глаза "куда бежать, в какую сторону воевать". Это уже было другим. Взвешенным решением с полным пониманием рисков и последствий. И здесь уже не было места пафосу, только тихое осознание ужаса этого бремени, но решительное желание идти вперед, выраженное в усталых глазах и легком треморе рук, а порой и вовсе не легком. То самое понимание, что рядом с твоим молодым новобранцем сейчас разорвется боевая граната, которую он уронил себе под ноги, а не метнул. И ты не собирался сегодня отдавать жизнь. Ты планировал вернуться домой, обнять жену, ребенка. Выпить чаю с корицей и долькой лимона, почитать новости и даже во что-то поиграть, после того, как примешь теплый душ. Ты не планировал отшвырнуть его в сторону и упасть всем телом на эту пока еще не разорвавшуюся гранату и закрыть бедолагой собой как щитом от смерти. Возможно, рассуждая отстраненно, ты подумаешь и возможно придумаешь другой способ, как можно это было решить без собственных жертв. Да и не тот случай, когда от твоего решения зависит множество жизней. Всего одна. Но когда наступает тот самый момент, остается одно единственное верное решение, которое ты принимаешь. Потому что ты по-другому не можешь, потому что иначе и не могло быть.
- Тебе не стоит переживать, с твоей совместимостью и стабилизированным БОР-паразитом у тебя все пройдет хорошо, - с полной ответственностью заявляет он. - Показатель предварительной совместимости составил 74%. Поэтому все пройдет гладко, разве что будет больно. Очень. Этого я не стану отрицать.
Сильва был спокоен и уверен в том, что Уитли они не потеряют в процессе обращения. Она пройдет и вернется, быстро пойдя на поправку. Если честно, то он был крайне удивлен таким показателем, когда открыл документ. Он добродушно засмеялся и спросил: "Объясни, как вы это делаете? Может, есть какой-то секрет? Мидо точно облезет от зависти, когда узнает, что его обошли на 7 процентов".
- Я могу присутствовать вместе с ними, - пожал плечом Зак. Ему было не принципиально, присутствовать одному или со всеми. Он предложил компромисс, однако пребывать в подвешенном состоянии Сильва не мог. Поэтому как только предложил, так сразу его и утвердил. - Пожалуй, так будет лучше. Чего-нибудь покрепче есть в моем кабинете. Предлагаю выдвинуться туда.
Так уж повелось, что с генералом квасили в основном в его кабинете или кабинете полковника. Но до глубокой синьки не дойдет. Просто иногда выпить действительно не мешало, если не можешь расслабиться иными вариантами. Самым действенным способом снять моральное напряжение - это общение с теми, кто понимает тебя. Зачастую человеку не нужно, чтобы решили его проблему. Он сам знает, что ему нужно делать. Но нести свою ношу одному бывает тяжело. Хочется разделить ее с кем-то. Просто чтобы кто-то выслушал молча. И алкоголь тут даже не средство, а вспомогательный элемент как чай с печеньем. Настраивает на нужный лад.

+1

10

- Семьдесят четыре? - Это много. Действительно много, учитывая то, что она знает "Средний Балл" Всего штаба. Она в два раза превосходит большую часть проверенных. Похоже, ей на роду было написано вложить всю себя в взаимодействия с БОР-Паразитом и бессмертными...
И даже сейчас, она готова была принять на себя один из самых тяжелых ударов, который может нанести судьба.

- На что похожа эта боль, Зак? Или напоминает сразу все типы боли, которые человек может себе только представить, на несколько мгновений воссоединяющийся в настоящую предсмертную агонию? Она будет распространяться по всему телу? - Да, похоже, ее вообще не успокоишь, когда дело касается науки. Ну, или она сама пыталась расслабиться, и представить ситуацию чутка несерьезной. Если боишься чего-то - шути над этим, и, тогда, всё будет не так уж и страшно. Юмор всегда спасает, когда не хочется слишком сильно себя пугать. И, вот теперь ты не думаешь о смерти, а шутишь над ней, не даешь взять страху вверх, и посеять в тебе сомнение.
Она не имеет права сейчас сомневаться. Сама же на это всё подписалась, вот, теперь, будь добра - делай. К тому же, она же одна такая уникальная, с настолько высокой совместимостью.

- Действительно? Ребятам позволят присутствовать? - Она спрашивает Зака, с запалом в глазах, и сверля своим взглядом его глаза. Коли рядом с ней будут её ребята, то всё не так уж и страшно, можно и перетерпеть ту боль, которую описывал Зак. Очень больно будет. А когда было не больно? Только тогда, когда она не делала чего-то важного. А так, каждый ее эксперимент, в какой-то степени, наносил ей физические повреждения. Самое малое, что она тогда делала - это сдавала свою кровь, и с ней же работала. Большее - проверяла систему трубок для вуалей, которые успели из неё выкачать что-то типа шестисот грамм крови, и после этого загнать её в больничку на более чем месяц. У ней нету того, кто сможет её остановить, если она решит сделать что-то безрассудное и невероятно опасное. Ведь, все те, кто находятся рядом с ней, знают, что всё это делается во имя прогресса, и во имя выживания множества. Не только людей, но и бессмертных, ведь одна из их целей - побороть Жажду, дабы сделать жизни всех легче. Лишить бессмертных страха стать потерянными лишь потому, что им не хватит крови на своё пропитание. Одни только такие мысли могу вогнать человека в такое отчаяние, что он готов был подаваться и в рабы, и в бандиты просто ради того, чтобы получать свою одну проклятую слезу в месяц. И, каждый день жить в страхе, что он погибнет во время облавы, или его владельцы посчитают его ненужным, и отдадут потерянным на растерзание.

- Да, конечно. Спасибо, Захария - Она говорит всё это уже выровнявшимся голосом, так как поняла, что сейчас надо перестать нервничать. Она будет в ответе за многих и многих людей, и теперь, её задача - не облажаться. Не опростоволоситься в самый неподходящий момент. А для того, уж лучше успокоиться перед всеми процедурами.
И, к тому же, она очень давно не пила алкоголь. Питейной культуры у неё не было, и, часто в прошлом, она просто засыпала после пары рюмок крепкого алкоголя. А потом, обязательно просыпалась с раскалывающейся головой, после чего, тянулась к своим привычным таблеткам.

Забавно, столько всего всплывает в памяти, и всё - перед тем, как у неё появится новый День Рождения...

+1

11

Да, он сам очень удивился, когда увидел такое число. Даже перепроверил - а точно ли? Вдруг там было написано "47", но нет, "74".
- Да. - Утвердительно кивает он на ее вопрос. Изначально он просто исходил из предположения, что не всем людям приятно, когда на них смотрят. Особенно во время боли. Сильву этим зрелищем удивить было сложно, он уже это видел в том числе и на себе. Но многие не любят, а многие и не хотят, чтобы их видели в этот момент. В этом нет красивого киношного подвига. Тело покрыто потом. Бледное от усталости борьбы, измотанное. Перекошенное лицо, стоны, вой, крики кто во что горазд, маты.  Сам же он терпеть не мог, когда на него смотрели слабого, такие состояния он привык переживать один и никому не демонстрировать. Нечего угнетать этим зрелищем остальных. Они вряд ли смогут тебе помочь, здесь нужна помощь квалифицированных специалистов. Да и зачем просто кому-то лишний раз рвать душу? Совершенно другое дело, когда ты уже идешь на поправку. 
- Пошли, - дружелюбно улыбнулся Сильва, когда она согласилась перейти к нему в кабинет. Так будет лучше, да и там они могут поговорить о тех вещах, которые не могут обсудить здесь. Рано или поздно с генералом пили все. Но вопрос ее был все-же не к столу, поэтому Захариас решил посвятить ее в детали обращения до того, как они сядут за стол. Все же обсуждать детали физиологии ему было несколько некомфортно, когда не знаешь, как на это отреагирует другой человек. Не хотелось бы, чтобы кого-то стошнило, но Уит девочка крепкая, а у людей науки атрофируется брезгливость как и у врачей. - Я тебе скажу, что это переживешь, сознание не потеряешь. И сразу предупрежу, чтобы ты накануне ничего не ела и попросила сделать себе промывание кишечника.
Он усмехнулся. Да, по его виду было понятно, что это из личного опыта. - У человеческого организма есть такая функция, что когда ему очень больно, он попытается выкинуть из тебя все внутреннее содержимое, предполагая, что причина в этом. Прополощет и верхом, и низом. Потом он поймет, что это ему не поможет. Но я думаю, мало кому приятно сидеть в этот момент в собственных выделениях. Нам даже не давали пить перед этим накануне, чтобы не полилось обратно. А в остальном будет колоть, будет острая боль, будет боль в суставах, будет ощущение, будто ломаются кости. Но в последний момент, когда организм устанет бороться за привычную жизнь и начнет умирать, придет облегчение.
Тогда их обращали пачками, не было времени убирать и вытирать за ними. Особого подхода не было. Было больно всем, потому что организм перестраивался на клеточном уровне. И говорить про привычный порог боли не приходилось. Человеческое тело просто не могло вместить в себя такую мощь и то количество энергии, которое оно будет производить для своих новых способностей. Но и расписывать в подробностях все детали не видел смысла. Это закончится, это не навсегда. Да, секунда будет казаться вечностью в тот момент, однако все это закончится.
К тому времени они добрались до кабинета Захариаса. Мужчина впустил ее внутрь, а сам открыл шкаф и достал два бокала: один для вина, второй для коньяка. Бессмертный еще раз окинул Уит взглядом: маленькая она и хрупкая для крепкого алкоголя. Если ей хотелось просто провести время в хорошей компании, а не нажраться и упасть под стол, то для этого подойдет идеально красное крепленое вино.
Зак поставил на стол бутылку и из выдвижного ящика достал штопор. Стало понятно, что этот предмет обихода использовался достаточно часто в этом кабинете. Чаще только, пожалуй, использовался он в кабинете полковника. Открыв бутылку, мужчина налил ей в бокал чуть больше половины красного напитка. Очень приятное на вкус, сладкое, обволакивает медленно. Потом ничего болеть не будет, да не и должно. Кумар не злой, если конечно, опять же, не нажраться до соплей. Себе он достал бутылку и бокал для коньяка.
- Чтобы все прошло без происшествий. Спасибо, что делаешь такое ради нас. Я этого никогда не забуду, - пусть другие никогда не узнают о том молчаливом подвиге, которые несли хранители ради жизней всего Вейна, но Зак, пусть и не знал, кто именно ими является, не мог забыть их великую жертву ради всех них.

+1

12

- Понятно. Значит, мне следует избавиться от любых возможных выделений еще до обращения. И, вот это вот всё... - Ей было мерзко представлять себя даже чуть обмочившуюся, по причинам излишнего возбуждения, и что уж говорить о том, когда ты грозишься очнуться во всём этом...
Мерзко. Слава богу, что Заку хватило головы не смаковать подробности, а просто поставить её в известность. Мол, всё будет больно, ты можешь от всего этого обделаться в буквальном смысле, поэтому, перед обращением не пей, не ешь, сходи в туалет, а затем попроси поставить себе клизму. Или же каким-то еще способом попроси прочистить кишечник. Но, с возможной рвотой ничего не поделаешь, желудочный сок уж никак не выкинешь из организма...

Тут она поняла, что вообще не хочет, чтобы её замечали в таком вот состоянии, когда от боли она способна сойти с ума. От одной секунды, перед тем, как она отрубится, и отправится дожидаться того момента, когда она очнётся, и отпразднует свой второй День Рождения.

И, не успела она посмаковать все мерзкие подробности в своей голове, чтобы попроситься отойти в туалет, и вытолкнуть наружу через рот содержимое желудка из-за крайней степени отвращения.
Сейчас перед ней встал бокал, а дальше она видела, как Зак, привычным звуком, откупоривает бутылку вина. Вскоре, бокал наполняется жидкостью. Такая умиротворяющая картина.

- Мне бы хотелось встретиться с другими Хранителями. Хотя, не думаю, что смогу это сделать. В конце концов, я ж сама должна буду осесть, чтобы попросту не сойти с ума. Да, думаю, я быстрее помру от скуки, чем сойду с ума от действия Реликвии, ха-ха... - Её смешок был чуть нервным. Конечно, она до сих пор не могла избавиться от некоторого нервного напряжения, связанного с ожиданием чего-то большого, страшного. Она ожидает вступить в долг, и нести тяжкое бремя, лишь потому, что ей повезло вот такой уродиться, и жить именно в той ситуации, где все эти факторы, которые, по логике, не должны не были ни к чему вести, стали решающими, и определили её дальнейшую судьбу.

- Э, Зак. Что вы скажете ребятам в Лаборатории, когда я покину Штаб? - Она смотрит на Сильву, держа бокал в руках. Вскоре, она отпивает немного жидкости цвета темной крови, и обнаруживает у себя на языке мягкий сладковатый вкус, оплетающий ротовую полость, давая равномерный и приятный вкус по всей площади её рта, и языка - в частности.
Давно ей не доводилось пить что-то настолько вкусное. Большую часть времени, она сидела на растворимых витаминах, чтобы восполнять потери крови после донорства, а сейчас же, ей открылся вкус. Благородный и приятный, позволяющий расслабиться.

- У нас же всё получиться, ведь так? - Она спрашивает уже пустоту перед собой. Зак точно мог услылать этот вопрос. Ведь, она хотела задать его именно ему, но не хотела поворачиваться в его сторону, так как, Как-то его стеснялась. Из-за грубости или глупости?
Она не знает. Но, она хочет знать ответ на свой одновременно простой, и сложный вопрос. Ей хотелось верить, что у них всё получится.
По-другому быть и не может. Столько уже пало. Нельзя позволять хоть кому-то еще погибать на полях боя, ведь, и так уже пролилось достаточно крови...

+1

13

По Уитли было заметно, как ее перекосило. Похоже, что она живо представила это. Зак было подумал, что стоит сказать "брось, что естественно - то не безобразно", но все-таки решил воздержаться от подобного заявления. Поэтому Сильва никогда не комментировал вещи, связанные с чужой физиологией, считая это формой хамства и издевательством над и без того уязвимым и смущенным человеком. С бессмертными работало так же. Это еще очень повезет, если тебя развеют быстро. Действительно бессмертные сильнее в большей части и выносливее людей. Но это им аукается соразмерным увеличением проблем. Мужчина видел, как в буквальном смысле наизнанку разворотило кучу солдат и людей. Как Кошмары пожирали еще живьем бедняг, которые были живые и в сознании, когда их рвали на части. После такого то, что кого-то стошнило, или что кто-то пришел в мокрых штанах, не вызывало у генерала никаких эмоций. Единственное что он мог сказать по этому поводу "дайте ему одежду" или "солдат, иди переоденься и приведи себя в порядок". Сильва давно не питал иллюзий по поводу смерти. Смерть - это некрасиво, смерть - это всегда безобразно и страшно. И нет в ней ничего красивого и поэтичного, как не воспевали бы многие поэты и писатели. Красивым может быть только предшествующий этому поступок. Не более.
- Встретишься. Джек тоже Хранитель. Когда все закончится, мы передадим тебя ему. Возможно, он расскажет тебе многие вещи, которые даже мне знать ни к чему, - он ей улыбнулся, делая небольшой глоток. Ему еще сегодня работать, поэтому напиваться он не станет. - Чем меньше тех, кто знает о проекте, тем безопаснее.
Второй ее вопрос не ставит мужчину в тупик, но он будет говорить откровенно. - Неправду, которая не будет порочить твое имя. Увы, в нашей ситуации нам нельзя разглашать подобную информацию.
Тот случай, когда меньше знают - крепче спят в буквальном смысле. Все эти проблемы Вейна в своей сущности были ничтожно малы перед тем, что будет, если он лишится стены. Кошмары хлынут потоком, которому в принципе никогда не будет конца, и просто уничтожат последнее, что осталось. В таком случае останутся лишь разрозненные кучки бессмертных, которых от голода рано или поздно всех ждет участь потерянных. И все закончится на этом. Что ни говори, но перспективы мрачные. Те, кто в полной мере осознавал, в каких условиях находился Вейн, или уже стали Хранителями как Григорио, или же просто не взялись за ту ответственность, которая ляжет на того, кто возглавит управление Вейном.
- Предоставь это нам.
Она хочет услышать, что ее жертва не будет напрасной, и что все получится. Это естественно в их положении. Зак не из тех, кто любил пустую браваду. Он будет говорить честно. Сильва терпеть не мог упаднических настроений, когда у всех начинали опускаться руки. - Знаешь... В свое время, еще  до появления Вейна, когда трагедия только началась, земля затряслась и полезли вот эти шипы как горы, я много слышал от людей, что Кошмары пришли очистить наш мир от людей и "грязи" нашей цивилизации. Что все, что нам остается - просто сдаться. Мы не сможем, лучше сейчас проиграть. И тогда все закончится. Так вот. Нет. Слишком много погибло. И многие отдали свою жизнь за то, чтобы у нас был Вейн. Да, не самый лучший город с кучей проблем. Но решаемых и временных проблем. Если ничего не останется, то все их жертвы были просто напрасны. Я не позволю, чтобы это было так. Пока я могу сражаться, я буду сражаться за всех нас. Даже если на моей стороне не останется союзников. Пока я живу, я буду защищать вас всех.
У правительства Сильвы было много политически враждебно настроенных. Они думали, что действующих генералов семьи Сильвы и их приближенных интересовала власть. Но власть - последнее, что по-настоящему интересовало Зака. Власть - это инструмент, но не самоцель. Сложно требовать от действующей власти идеальных и привычных условий, в которых раньше жили люди. Сложно из дерьма и палок за короткий срок создать что-то приемлемое. Что реально можно создать за полгода? Нужно время, вложения, старания и силы. Просто так из земли только Кошмары родятся.
Но сражаться только потому, что до них кто-то уже умер - поганая мотивация. Они должны идти в будущее, а не страдать над прошлым. 
- В последней из вылазок мы получили много зерна. Этого хватит, чтобы засеять поля и снова развить сельское хозяйство. Я хочу, чтобы из умирающей клетки мы превратились в большой город, в котором снова зацветут цветы, который возродится к жизни. Я думаю, что нам удастся решить проблему с потерянными и их возрождением. Должен же быть механизм, который препятствует их скорой регенерации. Достаточно найти лекарство, замедляющее их восстановление, и этого будет достаточно, чтобы можно было восстанавливать город. Мидо говорит, что Кошмары эволюционируют. Да, он прав. Ну так и мы не будем стоять на месте. Человеческие цивилизации никогда не стояли на месте. Уж что-что, а как настучать соседней стране по голове - это всегда волновало соседнее государство. Хе-хе. То, что при таком минимуме ресурсов мы смогли создать такое оружие, которое действительно убивает кошмаров - это просто невероятный подвиг. Да. Они будут развиваться, но и мы не будем стоять на месте! Я не люблю заглядывать так далеко. Я люблю решать проблемы по мере их поступления, но я верю, что у нас это получится.

+1

14

- Да уж. До чего нас доводит жизнь - я ухожу по своей воле из Лаборатории, и иду защищать всех нас на этом новом для меня фронте нашей странной войны. Не находишь ты это всё несколько глупым, и забавным, Зак? Я всё это время понятия не имела, с чем, на самом деле, постоянно сталкиваются самые сильные из нас, а теперь, вот, собираюсь войти в их число. Я одновременно и возбуждена, и не знаю, что делать. Хотя, думаю, когда Резерфорд мне всё объяснит, для моей головы принятие новой информации станет куда проще. Надеюсь на это.  - И вновь эта пульсирующая боль, бьющая по правой половине лица, особенно напрягать всё то, что используются для того, чтобы она воспринимала мир визуально. Она отложила бокал, и помассировала свои веки. Может быть, она просто устала? Или же все эти бессонные дни начали сказываться на ней таким вот образом?

- Да по-моему, если про меня расскажут, что я прыгнула в пасть потерянному, никто и не удивится. Все же тут меня знают как кого-то, у кого не все дома. Может быть, это так. Я же соглашаюсь на такую авантюру, на которую не каждый самоубийца попросится. Всё же, они хотят помереть, а не страдать неделями, месяцами и годами. Мир сходит с ума, и мы - вместе с ним. А всё, что мы сейчас делаем - это шоковая терапия, которая делает ставку на уровне "Пан или пропал". - Она трет свои виски, пытаясь разговорами сбить боль, но осознавала она лишь то, что боль становилась лишь тупее, будто бы по её голове недавно колотили молотком.
Мерное кровавое "бум-бум-бум" в голове выводило из себя. Алкоголь, казалось, открыл ей глаза. Даже такая маленькая доза, расслабившая её внутренние барьеры, дала проход страху. Её сердце колотится чаще. На лбу проступает испарина. Усталость наложилась на шоковое состояние. Ей страшно. Она боится всех подвести. Ей нужен отдых. Вода. Кислород.

Её руки резко легли на стол. Она встала. Ее взгляд дрожал, руки заметно тряслись, а дыхание участилось. Она боится. Боится тех испытаний, которые ждут её в будущем. Но, она должна их вытерпеть.

Она вновь села. И уперла руки в лицо. Захария мог слышать её всхлипы. Она плачет. В прошлый раз, когда на ней была отвественность, она оказалась в ситуации, когда из-за неё гибли люди. И каждого тогда развеянного она знала в лицо. Она считала их друзьями.
И всё это произошло просто из-за того, что они уделяли больше внимания ей, а не окружению. В результате, её защита обернулась тем, чем всё и обернулось.
Она не хочет, чтобы такие эпизоды повторялись. Но, сейчас она не может отказать. Она не может говорить "нет" в этой ситуации.
Она задыхается. Она точно задыхается.

Мгновение. Мгновение, которое тянется часами, днями, неделями и месяцами.
Она боится такой отвественности. Прямой. Не косвенной, которая на ней уже есть.

Вдох.
Выдох.

Вдох.
Выдох.

Рождение.
Смерть.

Смерть.
Перерождение.

Повторить.
Повторить.
Повторить.
Повторить.
Повторить.

Рождение.
Смерть.

Смерть.
Перерождение.

Полёт к вершинам.
Падение на дно.

Седьмое Небо
Геенна Огненная.

В голове щелкали все рубильники.
Хаос творившийся в её памяти, вызванный простым расслаблением. Все её чувства, которые она тогда не выказала, накапливались всё это время. И, всё это выплеснулось в этот момент.
Вулкан эмоций взорвался, оставляя за собой лишь чёрную пустошь...
Пустошь, на которой, потом, вырастет новая жизнь.

- П-прости, Зак... Я что-то запаниковала... Не стоило мне поднимать все эти темы. Хотя, наверное, мне лучше будет сейчас полностью выплакаться. Потом на это времени не будет... - Уитли вытирала глаза. Вышло максимально некрасиво и неловко. Но, она сама держала в себе это напряжение с момента, как узнала чуть больше правды об этом мире.
...
- Теперь я чуточку больше понимаю, каким кошмаром тогда обернулась жизнь Крус...

+1

15

Пожалуй, что Зак никак не станет комментировать сказанное. А стоило ли? Она говорила это не за тем, чтобы он что-то ответил ей нечто нудное и правильное, а просто хотела выговориться. И сейчас его задача заключалась в одном - участливо слушать и не перебивать. Мужчина не станет ей напоминать, что она все еще имеет право отказаться. До того пока она человек, она может передумать. Даже в тот момент, когда начнется подготовка, и ее привяжут к стулу, она может сказать "нет". Тем более, что в ее словах он слышит укор в свой адрес. Не специально, но ее слова рождают в Сильве чувство вины. Людей и бессмертных не должна была коснуться эта проблема. Его задача была сделать так, чтобы они просто жили. Без проблем, без этих передряг. Если так вышло, то это значит, что он где-то не справился. Можно было конечно свалить все на Мидо и переложить на него ответственность за случившееся. Но он знал, что первый хранитель пропал? Знал. Они знали это с Джеком, что он был убит. Пожалуй, начни они действия тогда, сейчас бы это не привело к такой проблеме. Или нет. Все дороги все равно вели к Мидо.
Генерал было хотел сказать, что если они не засекретят факт ее обращения, то в таком случае легенда не получится. Бессмертные возрождаются. Но сейчас он видел, что ей плохо. Да... Алкоголь давал такую особенность. Не всем с него было весело. А еще... Сильва достает из стола каркас для маски, затягивает на шее и нижней челюсти, чтобы схватилось плотно, после чего закрепляет на ней маску с красными фильтрами. Чтобы сейчас подойти и настежь открыть окна, впуская туда воздух. Да, территория штаба плотно засажена омелами, которые фильтровали воздух, но его кабинет находился на самом верху. Мало ли что могло принести ветром.
- Сядь. - Коротко и в форме приказа говорит ей, чтобы она не суетилась и не бегала. Сейчас он все сделает.
И именно он свежим потоком ударил в кабинет, поднимая легкий тюль и развевая занавески. Когда кабинет наполнился воздушным потоком, принесшим прохладу, Зак поспешил к Уит и положил ей руку повыше груди, говоря размеренно и спокойно. - Дыши. Глубокий вдох. Затем выдох.
Он внимательно смотрит на ее состояние: цвет кожи, сфокусированность взгляда, мелкую моторику, следит за тем, чтобы она дышала. Ей нужен воздух. К счастью, миазмы не оказывали на людей никакого эффекта, потому что у них не было Бор-паразита, а следовательно не с чем было вступать в реакцию. А еще ей нужен был холод. Подойдя к кулеру, мужчина намочил холодной водой тряпку и снова подошел к Уитли и, поочередно беря ее за руки, смачивая запястья. Это те места, которые на прохладу реагируют быстрее всего.
Многие нервные проблемы человека брали свои причины с физиологии. "Ешь - полегчает". Золотые слова, с которыми Сильва был согласен на все двести процентов! Полноценный здоровый сон, сбалансированное питание, физические нагрузки  и прогулки в парке с зеленью успокаивали нервную систему. Еще с этим прекрасно справлялся шум морского прибоя. Но вот с этим были проблемы. Все они по большей части видели только серые стены полуразрушенных зданий. Камень. Зелени было немного. Некоторые деревья - и те были какими-то неестественно золотыми, словно вечно тлели этим золотом.
- Брось. Не извиняйся, все хорошо. - Пусть плачет, пусть. Это останется только между ними. Осуждать или смеяться над плачущим человеком - это распоследнее скотство. Когда в кабинете стало прохладно, Зак подошел и закрыл все окна кроме одного, чтобы в кабинете было по-весеннему свежо. Слова про Круз заставляют в груди что-то сдавить, но недолго. Мужчина опускает взгляд единственного глаза куда-то себе под ноги. Он не знает, что на это сказать. Они искали решение методом проб и ошибок. Возможно, они ошиблись. Не рассчитали они что-то в своем проекте. А может им и не дано быть новыми сверхлюдьми. По крайней мере никто пока из бессмертных таким не стал. Всех до единого ждало безумие. Просто кого-то раньше, кого-то позже. Она верила, что это можно изменить. Верил ли в это Зак? Даже такой законченный идеалист как он, пожалуй, что нет. Не верил. Он верил, пока сестра была в сознании. Потом его вера в чудо-лекарство пропала. Панацеи не будет. И все же... Родилась какая-то неоформленная идея, которую еще надо было облечь в мысль. Но пока этого не свершилось, а Зак мог тупить довольно долго, он решил перевести тему разговора в более нейтральное русло. 
- Знаешь, что мне вспомнилось? Был такой фильм в свое время. Старый фильм. Аватар назывался. Про синих человечков с другой планеты. Смотрела? Не знаю почему, мне нравилось. Хотя многие говорят, что у него простой, глупый, примитивный сюжет и графика для нашего времени. Но было в нем что-то такое, что я бы пересмотрел. - Ему вспомнился этот фильм как раз по причине, что там людям приходилось носить маски, ведь с местными жителями они не могли дышать одним "воздухом". Равно как сейчас у них. Каждому нужна была маска, чтобы жить в мире другого. Но к маскам с фильтрами настолько привыкаешь, что уже даже лишний раз не стремишься снять даже там, где безопасно.  - Тебе легче? Мне закрыть окно, дать плед?
Могло стать холодно, что захочется укутаться. - И все же... Хранители подарили нам другой мир. Все они продолжают нести наследие Королевы. До того, как она стала такой, она подарила нам много всего из того, чем мы сейчас пользуемся. И Хранители продолжают приносить что-то хорошее в наш город. Стена, Кровавые Родники... У нас слишком мало людей, чтобы накормить всех бессмертных кровью. Один из Хранителей подарил бессмертным шанс на жизнь, создав искусственный заменитель крови. Сила Королевы может не только разрушать. Но и созидать прекрасное.

+1

16

- Я слышала, что Эйнштейн говаривал, что Бог не играет в кости. Если это так, то к чему всё это ведёт? Почему все мы должны страдать из-за того, что на нас решила выместить злобу сама Земля, или хрен пойми что ещё решило на нас отыграться так, что мы все забились в этой мелкой выгребной яме, среди всех этих смертей и прочего дерьма, вынужденные цепляться за любые возможности, лишь бы прожить еще пару часов. Нас буквально погрузили в средневековье, а мы только и пытаемся чему-то противостоять. Сначала этим Кошмарам, потом Королеве, теперь уже Мидо, а завтра кто? Завтра кто выставит против нас штыки? Сколько еще раз нам надо пролить кровь, чтобы, наконец, мы смогли от всего этого отдохнуть? - Её дыхание выровнялось. Её реплики были медленными, грустными. Казалось, что из неё высосали всю жизнь. Она просто истощена. И морально, и физически, она исчерпала свои ресурсы. Ещё пара дней такого труда, и она потянется к петле. За эти пару дней она узнала слишком много о мире. Слишком много для такого маленького промежутка времени.

- Все они - Герои. Безусловно. Они готовы отдать себя, лишь бы никто больше не прошёл через тот кошмар, через который когда-то прошли все участники "Убийцы Королевы". Чтобы никогда больше не продолжались те страдания, что выпали на долю бессмертных. Каждый из нас, учёных, был готов отдать себя полностью во благо общего дела. Мне что, становиться исключением? Где такое видано, чтобы Уиспер Уитли избегала рисков, когда они могут сулить выигрыш? - Она легко улыбается. Всё же, иногда полезнее бывает выпустить пар, нежели беспомощно колотить кулачками стены, которые она всё равно не сможет преодолеть по одной простой причине - стены крепче её костей и плоти. А сейчас же, она получает помощь. Помощь, с помощью которой, она сможет преодолеть ту свою стену, которая есть в её душе. Та стена, которая не давала ей всё это время жить. Стена прошлого, которое она хочет вернуть.
Никто не вернёт прошлые деньки. Никто, и никогда. Ведь нету смысла возвращать что-то, когда можно получить что-то новое. Неизведанное. Мир уже никогда не будет прежним, и она это понимала. Понимала, и успокаивалась.

Всё равно, никто не вернёт вчерашнего дня. Прошлой недели. Ушедшего месяца. Прошедшего года. Никто не вернёт радость первых шагов, восхищение первой книги, счастья первой любви. Никто этого не вернёт. А если и попытается, то вы поймёте - Первый шаг был нелепым. Первая книга была скучной. Первая любовь закончилась трагично. Пытаясь вернуть прошлое, мы его обесцениваем. Не даем настоящему и будущему привести нас к счастью, так как мы забуриваемся в своей иллюзии мира, где всё хорошо в прошлом, а в настоящем - лишь тлен и боль.

- Зак. Я не хочу возвращать жизнь до Крушения. Я хочу жить в новом мире. Как Хранитель, бессмертная или человек - плевать. Я просто хочу побыть в счастливом месте, где все заботы прошлого, наконец, останутся в этом самом прошлом. Уже устала бегать за и от своих воспоминаний. Всё равно никогда не будет, как прежде. А даже если будет, мы лишь всё испортим, поняв, что не так уж всё и было хорошо. - Она легко усмехается. Возможно, в ней ещё играет алкоголь. Может быть, она просто успокоилась, и больше не хочет бегать вокруг да около.
Она просто хочет сделать шаг вперёд, и ни шагу - назад.

- Крус подарила нам надежду на светлое будущее. Она стала нашим щитом. А когда всё это произошло... Я уверена, в глубине души, она хотела всего лучшего. Никто бы не справился лучше неё. Прости, Зак, что поднимаю эту тему... - Она берёт ещё одну короткую паузу. Она вдыхает полную грудь воздуха, и выдыхает, медленно, и спокойно.
- Но нам нужно обменяться своими дьяволами в душе. Возможно, это один из последних разов, когда мы видимся. И, знаешь... - Она смотрит куда-то в окно.
- Когда я уйду, передай ребятам какую-нибудь из моих безделушек. Просто оставь в лаборатории, на моём месте. Я хочу верить, что когда-нибудь туда вернусь. А ребятам будет напоминание. Возможно, это будет больно, но потом - они сами не вообразят лабораторию без... ну, скажем, моих карманных часов. Да, думаю, оставлю им их. - Её глаза всё ещё были красными и припухшими, но она не чувствовала себя ни капли грустно, уже. Расстроенно - да. Грустно - нет.
Простой разговор по душам внушает уверенность.

Да, надо бы Заку передать часы, точно...

Она тянется в карман, и достаёт потёртые карманные часы. Их хромированное покрытие давно стёрлось, оставляя лишь тусклый блеск нержавеющей стали. Она протягивает металлический кружок Заку.

- Пока я еще не ушла, оставлю их тебе. Мне будет резон потом вернуться. - Она вновь издаёт пару смешков, а затем, уставшим голосом, обращается:
- Думаю, плед был бы неплох...

+1

17

- Бог не посылает людям страдания. Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы, - резко и категорично отрезает он. Тему о Боге он предпочитал не трогать и ни с кем не обсуждать, ведь он не церковник и не проповедник. Он не читал много книг, не получал образование в духовной семинарии, чтобы вести разговоры на эти темы. Но она всколыхнула в нем некоторые воспоминания, в том числе и этого направления. Кто-то верил, что Кошмаров послали чтобы очистить мир от людей, кто-то говорил что бессмертные прокляты из-за способности к возрождению. И много другой чуши. - Если хочешь доказательств этому - зажги спичку и посмотри, будет ли она отбрасывать тень.
Все требуют от небес чудес, хотя это самый наглядный эксперимент. Когда горит спичка, тень дает только деревянная ножка, но пламя не дает тени. Почему во всем принято винить Бога, когда сами люди отравили землю своим грехом?
- В Раю не было хищников, не было боли, никто не жрал плоть друг друга. Когда люди совершили первый грех, он отпечатался и на зверях. Появилась скорбь, гниение, тлен, смерть. Страдания. Страдания - всего лишь расплата за наши грехи. Ты упомянула Эйнштейна, но если мне не изменяет память, он в Бога верил. Для меня Кошмары - просто болезнь. Как вирус. Мы же не удивлялись эпидемиям, которые косили наше общество чуть ли не каждое столетие. Но те, кто переболели этим и не погибли, получали иммунитет и генетическую мутацию, делающую нашу жизнь лучше. И уж насколько мы не удивлялись тому, что скольких мы убивали в войнах. Сжигали, замучили заживо. Сколько страдали от рака и других болезней. А Мидо - всего лишь человек, который заигрался и возомнил себя чем-то большим на этой земле. Ладно... Извини. Я не уполномочен говорить на такие темы.
Хоть у них просто обмен мнениями, мужчина почувствовал себя неловко. Не за то, что высказался. А за то, что в силу своего незнания мог исказить и неправильно передать некоторые вещи. Он извинялся за это и только за это. А пока что...
Он пошел и налил ей бокал воды. Человеку нужно много воды. Не чая, не кофе, а простой воды. Она была прохладной, и он поставил перед ней стеклянный стакан. - Вот, выпей воды.
Опять своего рода короткий приказ, который нужно выполнить. Прохлада разольется по ее телу и перебьет действие алкоголя и успокоит возбуждение. Выражение "остудить голову" в данном случае было не фигурой речи. Но ей это поможет успокоиться, нормально дышать, снизит нагрузку, успокоит сердце, отвлечет от страшных проблем и просто успокоит. Сейчас она пребывала в стрессе, нужно было снять с нее градус напряжения.
- Нет. Спасибо. Правда спасибо, что хоть ты не думаешь о ней плохо. - Он постарался, чтобы его голос звучал привычно. Чтобы девушка ничего не заметила. И чтобы еще больше не привлекать к себе внимания, он все-таки решил достать плед. Забирает у нее часы, кладя к себе на стол, чтобы не забыть исполнить ее просьбу, а пока просто укрыв ее пледом. По-хорошему следовало бы вывести ее погулять, но территория у штаба не самое живописное зрелище. Следы разрухи и борьбы с Королевой, Королевские шипы как напоминание ее гнева.
- Тогда найди способ вернуться, чтобы я отдал их тебе.
Усмехнулся он ей. Она готова. Теперь она готова, он видел это в ее глазах. Решимость не на грани отчаянья, когда нечего терять. А осознанный шаг. Она нашла то, за что хочет и будет сражаться. А это самое главное. Теперь осталось просто завершить начатое.
- Завтра. Начнем процедуру в 11 утра.

Конец эпизода

+1


Вы здесь » CodeVein - Наследие Королевы » Верхняя часть города » [25.04.75] New Revenant